Интернет-служба Экстренной психологической помощи МЧС России

Здравствуйте, Снежана.

Вы очень переживаете за состояние вашей мамы, которая злоупотребляет алкоголем. Ваши попытки помочь ей, воспринимаются негативно, как критика, осуждение, что вызывает у вас чувство бессилия. Вся эта ситуация, в свою очередь, негативно влияет на вас и вашу семью - вы эмоционально истощены, раздражительны, от этого страдают ваши отношения с мужем..

Снежана, в вашем письме очень много усталости и очень много ответственности, которая давно стала непосильной. Важно сказать: то, что с вами происходит, —  это очень понятная реакция человека, который с ранних лет привык спасать, быть ответственным за всех и заслуживать любовь. Вы уже видите главное: вам нужно не "управлять мамой", а вернуть себе жизнь, устойчивость и возможность быть здоровой мамой для своей дочери и спокойной женой для вашего мужа. Это реалистичная и правильная цель.

Поскольку ответ у нас однократный, я не смогу вести вас дальше, но постараюсь дать максимально практичную опору. То, что вы описываете, очень похоже на последствия взросления рядом с родителем с проблемным употреблением алкоголя: раннее взросление, роль "ответственной за всех и вся", привычка спасать, чувство вины за чужие чувства и выборы. Это не ваша вина. Это выученная стратегия выживания: вы привыкли, что расслабиться нельзя, что если что-то не так — значит, вы недостаточно старались. Но есть важное различие. Ответственность мамы — это её употребление алкоголя, её решения, её реакции и её жизнь. Ваша ответственность — это ваша безопасность, ваши границы, ваши реакции, ваша семья, ваша дочь и ваше здоровье. Сочувствие не равно спасательству. Вы можете любить маму и при этом не брать на себя её жизнь. Вы не обязаны быть "мамой" своей маме. Вы можете быть дочерью — с ограничениями, которые защищают вас.

Пока вы пытаетесь доказать маме, что ей нужно меняться, вы остаётесь в её системе. Мама может воспринимать любую заботу как критику — не потому, что вы плохая дочь, а потому, что она защищается. Вы не можете заставить её признать проблему. Вы можете говорить коротко и по делу, не обсуждать её употребление, когда она пьяна, не спасать от последствий, предлагать помощь только там, где она реально просит, и ограничивать контакт, если он разрушает вас. Граница — это не наказание и не ультиматум. Это правило о том, как вы будете участвовать в отношениях. Например: "Мама, я тебя люблю. Когда ты пьешь, я не продолжаю разговор. Я перезвоню завтра, если ты будешь трезва". Или: "Я не буду обсуждать твои отношения с алкоголем, пока ты пьяна. Если захочешь — поговорим на трезвую голову". Или: "Если ты начинаешь кричать или обвинять меня, я завершаю разговор и вернусь к нему, когда мы обе успокоимся". Важно, чтобы граница работала только если вы действительно выполняете своё действие. Не угрожайте тем, что не сможете сделать. Начните с одной-двух границ, самых важных. Ожидайте, что мама будет сопротивляться — это нормальная реакция. Чем яснее вы меняете привычный сценарий, тем сильнее может быть давление и чувство вины. Это не признак того, что вы поступаете неправильно. Не оправдывайтесь долго, не спорьте, не доказывайте. Чем больше объяснений, тем больше поводов для торга.

С чувством вины тоже можно обращаться иначе. Ваша вина — это старый сигнал: "Если мне плохо, значит, я что-то не сделала". Он не всегда говорит правду. Когда появляется вина, попробуйте сделать паузу в десять секунд и задать себе два вопроса: за что конкретно я сейчас отвечаю и что реально в моей власти? Часто ответ такой: "Я не отвечаю за чувства мамы. Я отвечаю за то, как я говорю и когда завершаю разговор". Полезно иногда просто для себя разделять: моя ответственность — мои слова, мои границы, моя дочь, мой сон, моё состояние, обращение за поддержкой; не моя ответственность — выбор мамы пить, её обиды, её манипуляции, проблемы мужа на работе, мнение других людей. И держать в голове фразу: "Я могу сочувствовать маме и не спасать её. Я могу любить и говорить “нет”. Я не обязана быть идеальной, чтобы иметь право на свою жизнь". Вина при отстаивании границ часто усиливается — это как "синдром отмены" от старой роли. Это неприятно, но не опасно. С ней можно идти, не принимая немедленных решений. Если хочется "спасти" — отложите реакцию на сутки.

Про мужа и дочь хочу сказать отдельно. Вы срываетесь на мужа не потому, что вы плохая жена, а потому что ваша нервная система перегружена. После срыва важно не проваливаться в стыд, а чинить контакт: "Я сорвалась из-за перегрузки, это не твоя вина. Мне нужна пауза и поддержка. Давай договоримся так…".  Вашей дочери не нужна идеальная мама. Ей нужна достаточно предсказуемая, живая мама, которая умеет признавать ошибки и восстанавливать контакт. И про младших брата и сестру: ваше желание, чтобы они жили лучше, понятно, но вы не их родитель. Вы можете быть поддерживающим взрослым — интересоваться, помогать точечно, давать информацию. Если есть угроза их безопасности — голод, насилие, отсутствие ухода, — не берите это на себя в одиночку: обращайтесь в органы опеки, полицию, 112. Это не предательство мамы, а защита детей.

На ближайшие две недели я бы предложил не пытаться сделать всё сразу. Выберите одну границу, которую вы реально сможете держать. Например, не обсуждать алкоголь, когда мама пьяна. Напишите себе две-три фразы для этого разговора и держите под рукой. В момент давления говорите коротко и повторяйте одно и то же, не вступая в спор. Введите правило суток: не бросаться спасать, не решать финансовые и бытовые проблемы мамы сразу. Каждый день отмечайте, что вы сделали для себя — сон, еду, прогулку, физические упражнения, десять минут тишины, разговор с мужем. И найдите бесплатную поддержку: онлайн- или офлайн-группы Ал-Анон для родственников людей с проблемным алкоголем, телефон доверия в вашем регионе, наш телефон психологической помощи, центры социально-психологической помощи по месту жительства. 

Снежана, очень важно для себя понять, что вы не "плохая дочь", если перестаёте спасать маму. Вы человек, который имеет право на свою жизнь. Начните с малого: одна граница, одна пауза перед виной, одна фраза поддержки себе. Ваша задача сейчас — не изменить маму, а вернуть себе устойчивость. Это долгий путь, но он начинается с очень конкретного шага: "Я не несу ответственность за её выборы. Я отвечаю за свою жизнь и свою дочь".

С уважением, Вячеслав.

Здравствуйте, Маша! Прежде всего мне хочется сказать, что в вашем рассказе чувствуется очень много накопленной боли. Причём боли, с которой вы, кажется, уже довольно долго пытаетесь справляться самостоятельно.

Мне кажется, самое тяжёлое здесь даже не только в том, что происходило между вами и отцом, а в том, что человек, от которого вы в детстве, вероятно, ждали любви, защиты и безопасности, стал источником постоянного напряжения. И вам пришлось самостоятельно искать способы оградить себя от этого.

Вы пишете в своем обращении, что четыре года назад решили игнорировать отца. Возможно, тогда это был единственный доступный вам способ хоть немного вернуть себе ощущение контроля и безопасности. Вы не могли заставить его перестать пить, не могли изменить его поведение, но могли хотя бы дистанцироваться. И, судя по тому, сколько вы плакали и через что проходили в тот период, решение далось вам совсем не легко.

И сейчас, даже если отец действительно начинает меняться, это не означает, что ваша боль должна исчезнуть вместе с его прежним поведением. Возможно, для него многое уже осталось в прошлом, но для вас последствия всего произошедшего попрежнему существуют.

Вы можете признавать, что отец становится лучше, и одновременно не хотеть с ним сближаться. Можете не испытывать радости от его присутствия и не быть готовой воспринимать его как близкого человека. Это не делает вас плохой дочерью. Возможно, сейчас дистанция это единственный способ сохранить собственное эмоциональное равновесие.

Особенно хочется обратить внимание на то, как вы описываете реакцию даже на простое упоминание отца. Вас трясёт, становится физически неприятно, хочется отстраниться. Возможно, за его голосом и именем для вас стоит уже не отдельный человек, а целая история переживаний, обид и напряжения. Поэтому даже нейтральные ситуации могут вызывать реакцию, которую сложно контролировать.

Иногда после длительного эмоционального стресса нервная система начинает воспринимать определённые звуки, слова и ситуации как сигналы опасности. Вы можете понимать, что сейчас ничего страшного не происходит, но всё равно испытывать сильную телесную реакцию. И мне бы очень хотелось, чтобы вы не ругали себя за это.

Ещё меня особенно тронули ваши слова о счастливых семьях. Мне кажется, за вашей реакцией на такие видео и чужие отношения с родителями может стоять очень глубокая тоска по тому, чего вам самой не хватило. Возможно, вам тоже хотелось обычных семейных праздников, тёплых поздравлений, отцовской поддержки, ощущения, что дома спокойно и безопасно. Хотелось просто быть ребёнком, которому не приходится думать о том, выпил ли сегодня папа и чем закончится вечер. И теперь, когда вы видите, что у других это есть, вы словно снова сталкиваетесь с отсутствием всего этого в собственной жизни. Это действительно может быть очень больно.

Мне кажется, здесь важно позволить себе погоревать. Не обязательно только по отношениям с отцом, которые у вас были, но и по тем, которых вы так и не получили. По детству, в котором хотелось чувствовать себя защищённой, по праздникам, которые хотелось бы вспоминать с теплом. Вы имеете право грустить об этом. И даже завидовать тем, у кого всё иначе. Это не делает вас плохим человеком. Это говорит о том, насколько важными для вас были и остаются близость, любовь и ощущение семьи.

Отдельно хочется поговорить о вашем ощущении внутреннего купола. Вы описываете, что внешне ваша жизнь наполнена событиями: волонтёрство, друзья, учёба, спорт, поездки. Вы продолжаете развиваться, общаться, смеяться, строить планы. Но при этом всё словно не доходит до какой-то внутренней части вас.

Вы можете приятно проводить время, но не чувствовать себя счастливой. Получать заботу, но не испытывать ожидаемого отклика. И вероятно особенно тяжело от того, что вы сами не понимаете, почему так происходит, ведь объективно в вашей жизни есть много хорошего.

Возможно, вы эмоционально истощены. Когда человек долго живёт в напряжении, ему иногда становится сложнее испытывать не только отрицательные, но и положительные эмоции. Это может объяснять и вашу реакцию на подарок подруги. Возможно, вы понимаете, насколько много любви и внимания она в него вложила, цените это, но пока не можете прочувствовать всё в той степени, в которой хотелось бы. Отсутствие сильной радости не означает, что вы не цените заботу или не способны принимать любовь.

Вместе с тем многолетнее ощущение пустоты и снижение способности радоваться заслуживают внимания. Я бы рекомендовала обсудить это со специалистом, в том числе чтобы оценить возможные депрессивные симптомы. Не потому, что с вами что-то не так, а потому, что вам не нужно самостоятельно справляться с таким состоянием годами.

Вам нужен специалист, который сможет бережно работать с последствиями длительного семейного стресса и не будет торопить вас с прощением, примирением или поиском положительных сторон ситуации.

А пока я бы предложила вам немного снизить требования к себе. Не ставить задачу срочно стать счастливой, перестать реагировать на отца или научиться принимать его изменения. Возможно, сейчас достаточно просто постепенно создавать вокруг себя больше безопасности, сохранять комфортную дистанцию и позволять себе чувствовать то, что действительно чувствуете.

Вы были ребёнком, которому хотелось любви, спокойствия и защищённости. Вам не нужно было заслуживать это правильным поведением или искать способы заставить взрослого человека измениться. Вы изначально заслуживали всего этого.

И то, что сейчас вам трудно радоваться и принимать хорошее, не означает, что так будет всегда. Вам не нужно торопиться. Вы имеете право постепенно возвращать себе ощущение, что жизнь может быть не только наполненной событиями, но и по-настоящему счастливой.

С уважением, консультант службы.

Здравствуйте, Сабина!

Вы пишете, что уже четвертый месяц ничего не чувствуете, постоянно плачете и перестали делать то, что доставляет вам удовольствие. Вы пишете, что раздали большинство своих вещей, и вас беспокоит своё эмоциональное состояние и поведение.

Сабина, то состояние, в котором вы сейчас находитесь, действительно вызывает опасение, и мне очень хочется вас поддержать. Такая резкая перемена в эмоциональном состоянии и возникновение новых паттернов поведения, которые, судя по всему, для вас нехарактерны, не возникают просто так - причина наверняка есть, и причина серьезная. Подумайте, что такого могло случиться четыре месяца назад, что вызвало такие изменения? Вы не написали об этом в своём обращении, так что, возможно, вы не связываете это с каким-то конкретным событием, но бывает так, что человек не сразу проводит связь между случившимся и изменением в своём состоянии. Это может быть утрата, расставание, перемены в семье или на работе, - или еще какие-то причины, которые, казалось бы, не повлияли на вас напрямую. 

То состояние, которые вы описываете, напоминает состояние человека, который пережил психологическую травму. Возможно, что это не случилось с вами четыре месяца назад - возможно, тогда случилось что-то, что стало триггером для уже имеющейся травмы, которую вы пережили ранее, например, в детском возрасте. Возможно, что сейчас вы переживаете так называемое отложенное переживание - возможно, что когда травма случилась, ваша психика её заблокировала: отложила переживание до того момента, когда вы будете в безопасности, или когда у вас появятся силы это пережить. Те чувства, что вы пережили в момент травмы, не исчезают сами собой - для травмы нет разницы, случилось это прямо сейчас или десять лет назад, чувства всегда остаются настоящими. Переживание не зря так называется - оно должно быть пережито, и когда оно запускается, его невозможно просто заблокировать обратно. Оно требует сочувствия, поддержки, времени, опоры и безопасности.

Сабина, в первую очередь вашей ситуации я бы порекомендовала обратиться к психиатру за медикаментозной поддержкой. Из вашего сообщения чувствуется, насколько вы устали и обессилены - такая сила переживания обычно влияет на все сферы жизни: на сон, аппетит, уровень энергии. Нужно обязательно заручиться помощью специалиста для того, чтобы у вас появились силы на то, чтобы обратиться за психотерапией. Психотерапия является вторым шагом, который я бы рекомендовала для вас. Именно в ней может появиться безопасное пространство, в котором вы с помощью психолога сможете получить доступ к той травме, которая сейчас оказывает такое влияние на вашу жизнь. Опора, поддержка, внимание и понимание специалиста - это то, что вам сейчас так необходимо для того, чтобы справиться с тем состоянием, в котором вы сейчас находитесь.

Кроме того, Сабина, помните, что вы всегда можете позвонить на наш номер экстренной психологической помощи, и особенно - в тот момент, когда кажется, что помощи ждать неоткуда. То, что вы обратились в нашу службу за поддержкой, говорит о том, что вы ищете способ, как себе помочь, - и первый шаг вы уже сделали. Я призываю вас не останавливаться на этом. Берегите себя! 

С уважением, консультант службы Мария