Вопросы
Полгода назад умер муж от цирроза печени. Со временем мне не становиться легче, а наоборот. Сейчас очень и очень тяжело, такая боль, что не знаешь куда деться, просто вою, рыдаю, постоянно какая-то тревога, чувство вины и невозвратности. Не могу спать, страшная бессонница, не сплю до 3 ночи, а в 7 вставать на работу. Из-за бессонницы чувствую себя разбитой, живу как в невесомости, как лунатик. Пила атаракс, но от него сон тоже неважный, как дремота, а на следующий день очень тяжёлая голова. Помогите, посоветуйте как выйти из этого состояния. Мне иногда кажется, что схожу с ума, разговариваю сама с собой, вижу себя как-будто со стороны, не знаю, как правильно описать это состояние
Здравствуйте,Елена!
Я читаю ваше обращение и вижу перед собой человека, который потерял мужа полгода назад и до сих пор не может найти опору. Вы говорите, что со временем не становится легче, а наоборот — боль только усиливается. Вы воете, рыдаете, вас преследует тревога, чувство вины, ощущение невозвратности. Вы не спите до трёх ночи, а в семь утра встаёте на работу, чувствуете себя разбитой, живёте как в невесомости, как лунатик. Атаракс не помогает — сон похож на дремоту, а голова на следующий день тяжёлая. Вы боитесь, что сходите с ума: разговариваете сама с собой, видите себя со стороны. Я хочу, чтобы вы знали: вы не сходите с ума. То, что с вами происходит, — это тяжёлая острая реакция на потерю, осложнённая хронической бессонницей. Разговоры с собой, ощущение «невесомости», взгляд на себя со стороны — это симптомы дереализации и диссоциации, которые возникают, когда психика не выдерживает нагрузки и начинает «отключаться», чтобы защитить вас от невыносимой боли. Это не безумие, это защитный механизм, который говорит, что вы на пределе.
Вы потеряли мужа. Это не просто потеря, это крушение мира. Цирроз печени — долгая, мучительная болезнь, и чувство вины, которое вы испытываете, — нормальная спутница такого горя. Но оно не имеет под собой реальной основы. Вы не виноваты в его смерти. Но ваша психика ищет причину, чтобы сделать боль хоть немного понятной. «Если я виновата, значит, я могла что-то изменить». Но вы не могли. И принятие этого факта — один из этапов горевания, который сейчас блокирован бессонницей и тревогой.
Первое и самое важное: вам нужен не просто «совет», вам нужна помощь врача. Атаракс — это лёгкое противотревожное, которое не лечит клиническую бессонницу и депрессию. Вам нужен психиатр, который подберёт полноценную терапию: возможно, антидепрессанты (они снимут тревогу, уберут чувство вины, помогут выровнять сон) и, на время, снотворные препараты для восстановления режима. Бессонница — это не просто неприятность, это фактор, который разрушает мозг и не даёт горю протекать нормально.
Елена, поищите группу поддержки для вдов. Онлайн или офлайн. Люди, которые потеряли супругов, могут понять то, что не поймут друзья или родственники. Общение с ними снижает остроту одиночества.
Попробуйте вести дневник. Пишите письма мужу. Рассказывайте о своей боли, о чувстве вины, о страхах. Не отправляйте, но выплёскивайте на бумагу. Это снижает внутреннее напряжение.
Вы боитесь, что сходите с ума, но на самом деле ваша психика пытается выжить. И она сможет, если вы поможете ей. Обратитесь к врачу. Не ждите, что станет легче само собой. Горе не проходит без следа, но оно не должно убивать вас. Вы имеете право на помощь. Вы имеете право на сон. Вы имеете право жить дальше — не «забыв» мужа, а научившись существовать с этой болью. Пожалуйста, сделайте этот шаг. Вы не одна.
С уважением, консультант службы.