Вопросы
Добрый день! Мы живем в городе Брянске и у нас часто случаются атаки беспилотников. У моего сына 13 лет всегда были тревожные мысли по этому поводу, он когда слышал сирену очень нервничал. Прятался в ванной. Был случай, когда беспилотник взорвался почти перед нашими окнами, но никто не пострадал. А недавно была ракетная атака на Брянск, когда погибли люди. К счастью я была дома с ним, но это случилось тоже недалеко от нашего дома, погибли люди, естественно он увидел в интернете ужасные кадры с мертвыми людьми, мы видели большой пожар. Первые дни он вообще отказывался дома оставаться один, ходит в школу и говорит, что ему там легче, тк вокруг люди. Если включается сирена, а он один дома, то звонит мне каждые 5 минут, чтобы я быстрее возвращалась домой. У нас сейчас достаточно часто включают сирену, он очень остро на это реагирует, не ляжет спать, если не пришло сообщение о конце опасности. Сам мне вчера сказал, что возможно ему нужна помощь психолога. Я конечно стараюсь его успокоить, но возможно подбираю не совсем верные аргументы. Поэтому обратилась к Вам. Посоветуйте как правильно сына успокаивать и снижать его тревожность. Пока в общем он не стал более нервным, сон не пропал, максимальная реакция идет только на появление сообщений об ракетной или беспилотной опасности, ну или каких-то подозрительных звуков с улицы, похожих на звуки взрывов. Но я боюсь, чтобы это не усугублялось. Честно сказать, мы и взрослые тоже внутри уже более нервно на все это реагируем после ракетной атаки. Хотя стараемся это не показывать , особенно детям. Или может Вы наоборот скажете, что я ему не смогу помочь и надо позвонить вашим психологам. Посоветуйте в общем как лучше поступить .
Здравствуйте, Людмила!
Вы оказались в очень сложной позиции: Вы и сами сейчас переживаете последствия травмы (ракетная атака - это событие, выходящее за рамки обычного человеческого опыта), но при этом вынуждены выполнять функцию «контейнера» для тревоги сына. То, что он говорит, что в школе ему легче - классический признак того, что дома он расслабляет « психологическую защиту» и выпускает наружу то, что копит там, а также боится оставаться наедине со своими пугающими фантазиями.
Вы правы, что стандартные аргументы («не бойся», «всё будет хорошо») сейчас могут не работать, потому что они вступают в конфликт с его реальным опытом, где «хорошо» уже было нарушено взрывом и кадрами гибели людей. Для снижения тревоги у подростка важны три вещи: предсказуемость, возвращение чувства контроля и легитимизация чувств.
В момент сирены или подозрительных звуков мозг Вашего сына захватывает самая страшная картинка (та, которую он видел в интернете). Ваша задача - помочь ему вернуться в «здесь и сейчас» через тело и конкретные действия. Вместо того чтобы просто говорить «не бойся», давайте ему простые, физические задания.
Когда он один, договоритесь о ритуале: «Если сирена, ты уходишь в ванную (место, которое он уже выбрал как безопасное), берешь телефон, звонишь мне, но мы говорим не про страх, а просто сидим в тишине, пока я не скажу, что еду».
Также хотел бы отметить работу с информационным полем:
Он увидел ужасные кадры. Подростки в 13 лет обладают конкретным мышлением, но еще не имеют зрелой психики, чтобы интегрировать образ смерти, увиденный в интернете. Попробуйте договориться, что новости теперь будете смотреть только вместе, потому что Ваш мозг, мозг взрослого человека может отфильтровать лишнее и объяснить контекст.
Теперь хотел бы поговорить о вашей собственной тревоге. Вы абсолютно правы, что детям нельзя транслировать панику, но «стараться не показывать», подавляя свои чувства, может привести к тому, что Вы станете «отстраненной стеной». Дети считывают не слова, а телесные напряжения и фоновое напряжение в доме. Вам важно разрешить себе быть неидеальной. Вы тоже пострадавший человек. Если Вы будете «держать лицо» любой ценой, сын может решить, что его чувства неправильные (раз у мамы всё хорошо), и замкнется. Можно легитимно говорить о своих чувствах дозированно: «Я тоже сейчас испугалась, это нормально. Но я знаю, что мы справимся, потому что мы вместе». Это снижает его одиночество в страхе.
Вы спрашиваете, нужен ли психолог?
Сын сам Вам сказал: «возможно, мне нужна помощь». В 13 лет это признак зрелости и огромного ресурса. Игнорировать этот запрос - значит обесценить его попытку взять ответственность за свое состояние. Возможно, сейчас недостаточно просто родительских «успокаиваний». Пожалуйста, рассмотрите возможность обращения к очному специалисту, работающему с травмой. Психолог даст «инструменты» самопомощи, которые не зависят от того, рядом Вы или нет. Научит его техникам, которые он сможет применять, когда сирена застает его в школе или одного. Кроме того, психолог станет «третьим взрослым», которому можно без страха показать всю глубину своего ужаса, не боясь напугать маму.
В завершении, хотел бы сказать про заботу о себе. Ваша стабильность сейчас - основа его стабильности. Если есть возможность, рассмотрите обращение к психологу и для себя, чтобы выплеснуть собственный страх и усталость. Когда Вы станете спокойнее внутренне, Ваше спокойствие станет «заразительным» для сына сильнее любых слов.
Помните, что просьба о помощи в такой ненормальной, стрессовой ситуации - это не признак слабости, а акт большой родительской любви и ответственности. Вы справитесь, но сейчас важно привлечь профессиональные ресурсы, чтобы этот травматический опыт не зафиксировался на годы вперед. Берегите себя!
С уважением, консультант службы.